Как поставить на колени лежащий в руинах Донбасс

Для начала разговора текст, написанный 11 августа 2014 года.

Когда административная территория или предприятие находится в кризисе, который невозможно преодолеть консервативными методами, делается санация. Это как зачистка раны. Или даже ампутация. Санация – чрезвычайно сложное мероприятие, поскольку очень болезненное и рискованное, оно касается судеб большого количества людей. Поэтому все начинается с нуля.

Зачастую людей нужно переобучать, заниматься их здоровьем, создавать новые рабочие места, иногда переселять из депрессивного региона. Мало кто решается начинать санацию, брать на себя ответственность, риски. Нужны очень большие деньги, очень парадоксальные и масштабные решения. Часто проект, завершивший свой жизненный цикл, долго и мучительно умирает, разлагается. И никто не берется за зачистку, пока не появляется действительно серьезный повод или не складываются определенные обстоятельства.

Донбасс год назад, еще до Майдана, находился в состоянии, которое невозможно было улучшить. Никто не смог бы придумать проект, который вывел бы регион в ноль, а тем более перепрофилировал и развил его. И не было никаких вариантов.

Но случается же такое: война, этот антиресурс, становится ресурсом. Невольным инструментом санации.

Вот что будет с Донбассом через пятнадцать лет.

Реиндустриализации не произойдет. Подсчитав стоимость замещения изношенного оборудования и инфраструктуры, новые владельцы производств, реквизированных у пособников военных преступников, законсервируют большинство объектов.

На Донбасс приедет много украинцев из центральной и западной Украины, они получат большие участки земли, до 10-15 гектаров на семью, для организации фермерских хозяйств.

Международный консорциум стран-союзников поручит экспертам разработать большой комплексный проект развития региона, на основе высокотехнологичных агромоделей, очень подробный и детализированный, который будет обеспечен мощным финансированием.

Украинскому правительству не придется особенно уговаривать инвесторов, поскольку после внедрения нового механизма международных финансовых, военных и организационных гарантий для кризисных регионов Европы, проект окажется чрезвычайно привлекательным и прибыльным.

Ведущие европейские сельхозпроизводители поначалу воспримут идею такого проекта без энтузиазма, но потом им предложат серьезные доли в этом стартапе, и они станут его энтузиастами и драйверами.

Сланцевый газ… Сланцевый газ будет добываться, акционерами проекта, помимо профильных корпораций и государства станут жители региона, им не придется платить за акции, поскольку будет реализована новая мотивирующая схема «народного» IPO.

По такому же принципу участия будет организован масштабный проект использования ветровой энергии.

Очень большие объемы агропродукции и электроэнергии пойдут на снабжение российских или построссийских регионов, с участием окрепших агрокорпораций начнется освоение площадей на востоке, где также будет задействована уже испытанная на Донбассе международная схема восстановления кризисных регионов Европы.

А вот что пришло на ум в сентябре 2015-го.

Примечательно, что любые идеи, системные сценарии, добротная социология, дающие ответ на происходящее в Украине, исходят только от представителей гражданского общества, неравнодушных интеллектуалов, и теоретиков и практиков, но никак не от государственного аппарата, непосредственно, или допустим, от организованных им команд юристов, социологов, инвесторов, разного рода экспертов, представителей креативного слоя.

Этого нет. Этого не было. И этого не будет. Украинское государство не имеет концепции и стратегии ни по одному поводу, и значит, при необходимости как-то отвечать на вызовы все будет по стратагеме: хотели как лучше, а получилось как всегда.

Мы не видим ни лаконичных и ясных презентаций, ни подробных программ «Что нам делать с Донбассом», или с любой другой территорией или проблемой.

Точнее, в данном случае, я даже не уверен, что «хотели как лучше». Мой опыт заставляет предположить, что действия и бездействия аморфного госаппарата вольно и или невольно являются частью длящегося рейдерского сценария, причем рейдер совсем не силен и не умен, он постоянно проваливается, и достигает хоть-каких-то целей именно из-за подыгрывания ему, поддержки в самый сложный для него момент теми, кто формально является его противником.

Несмотря на то, что я профессиональный психолог, точнее именно потому, что психолог, я вынужден утверждать, что в данном сложнейшем случае никакие психологические методы «перевоспитания» населения, никакие дискретные методы социализации, какими бы оригинальными, или наоборот, общеупотребительными они ни были – результата не дадут.

Хотя эти решения будут чрезвычайно полезны как часть большого проекта ревитализации и модернизации, если он когда-либо появится.

Мы имеем дело со сложнейшим кризисным объектом, огромным регионом, находившимся и находящимся под оккупацией, экономика и инфраструктура которого разрушена, население деморализовано, измождено и разложено, а местные «элиты» или суррогатные администрации очевидно преступны, или, как минимум, коллаборационированы с оккупантом и его агентами влияния. И сейчас Украина готова предоставить им субъектность.

С объектом, находящимся в таком энтропийном состоянии, можно работать только на основании комплексного, системного проекта и сценария. И на основании алгоритма, все действия которого запускаются согласованно и последовательно. Любое дискретное действие, любая дискретная инвестиция или инновация пропадут зря и принесут не пользу, а вред, уничтожив доверие к инноваторам и их методам. Как уже неоднократно бывало.

Это мой главный тезис, и подход, и я буду на этом стоять всегда.

Так заходят на кризисное предприятие, на кризисную территорию антикризисные команды. Если целью их является не окончательное разложение и растаскивание, и не втягивание объекта в длящуюся агонию, и не отмывание и распиливание инвестиций, и не просто тупое функционирование за «зарплату», а действительно, спасение и развитие.

Анализ. Санация. Ревитализация. Проектирование, инвестирование, модернизация. Таковы обязательные этапы.

Если мы заменяем эти этапы на обычное сочетание слов «бардак», «подлость» и «воровство», то и получаем обычную практику «модернизации» на некоторых постсоветских территориях.

Почему, несмотря на весь свой скепсис, я размышляю о методах возрождения Донбасса.

Потому что «кейс Донбасса» — я утверждаю – будет очень типичен. И рано или поздно, если не будет совсем поздно, конечно, будет разработан комплексный подход к кризисным территориям, построссийским или там африканским (см. последние информационные поводы), и так далее. Очаги деструкции будут возникать, и опустошать регионы, это неизбежно в эпоху глобальной нестабильности, и наличия инициаторов таких деструкций, но уроки неудачных проектов станут базой для удачных.

Да, мои рассуждения – это теория.

Потому что на практике все будет совершенно иначе, ведь высшая власть Украины в целом продемонстрировала свой подход, способности и наклонности (знаем какие), и гражданское общество в целом продемонстрировало свою неспособность генерировать комплексные и своевременные решения проблем того уровня. которые стоят перед Украиной… При всей своей самоотверженности и креативности.

Тем не менее, точки кристаллизации смыслов и идей – необходимы. Я не хотел бы здесь предлагать целостную и подробную стратегию. Потому что считаю, что такие стратегии должны вырабатываться командами, а не одиночками, и это тоже принципиально в моем подходе, но некоторые соображения все же изложу. Просто для разминки.

Первое

Об этапе анализа ситуации. Работа по проектированию для такого объекта должна начинаться с составления подлинной социально-демографической и экономической карты региона, и с анализа реальной военно-политической, точнее суррогатно-политической, криминальной ситуации на маргинализованной территории, расклада сил и субъектов (что с ними делать потом, см. в пункте 2, там, где о правовом контуре проекта).

Что такое миссия ОБСЕ на Донбассе сегодня? Фейк или коллаборация с террористами и оккупантами. Вы видели более-менее полный, компетентный и честный отчет о происходящем и происходившем на Донбассе с начала ползучей экспансии? Ну, дайте ссылку

Более полутора лет продолжается этот постыдный спектакль. Мы до сих пор не имеем правдивой картины того, что происходит на Донбассе даже в военном плане, и ходят глупые мифы то о гражданской войне, то об ополченцах, то о добровольцах.

Нет ссылки? Или кажется, что все и так известно и понятно? Не уверен. Во всяком случае, нам с вами, наверное, все понятно, а вот международному сообществу – нет. А деньги ведь оно дает. Информационное пространство полно мифов, на основании которых, точнее с использованием которых создаются и протаскиваются дикие законодательные схемы, ничего общего с реальностью не имеющие; наверняка уже готовятся и делятся международные инвестиции для «ревитализации». И разрабатываются программы ресоциализации населения. Которое совсем не такое, каким хотят его представлять чиновники.

Во второй части «Украина: Модель для сборки» я в свое время перечислил некоторые уровни исследования кризисных территорий и показал, как рутинные методы анализа и традиционная, по умолчанию фальсифицированная статистика, дают ложную картину. А если еще наложить умысел на вранье?

Значит, нужна профессиональная независимая команда. Быстрые зомби сканирования территории. Это не так сложно – создать такую команду для рекогносцировки, исследования и составления доклада. Точнее, это, конечно, безумно сложно, невозможно для сегодняшнего государства, тем более что оно вовсе в этом не заинтересовано.

А ведь существуют оболочечные, аутсорсиноговые схемы, и при наличии совсем небольшого бюджета можно собрать международную деполитизированную команду юристов, военных экспертов, социологов, экономистов-практиков, социологов.

Будет ли создана такая команда и проведено такое исследование до начала «оздоровления» (читай: «распила»)? Конечно, нет. Что ж, значит, делаем пометку на будущее.

Второе

Об этапе санации и ревитализации. Санация предполагает приведение площадки для инвестирования в такое состояние, когда то, что на ней разлагалось, гнило до того, не помешало бы инвестициям, не обесценило бы их. И чтобы модернизация не превратилась в фейк.

Кроме того, важно сохранить, и по возможности восстановить то, что еще есть.

В нашем случае речь не идет об основных фондах, конечно, они не нужны, и любая опора на этот вчерашний шлак – вредна. Речь о населении.

У населения в целом низкий уровень сохранности (болезни, истощенность стрессами, вплоть до психотического состояния, да и физическая истощенность, запуганность, озлобленность, характерное трусливо-агрессивное поведение).

Задачи:

а) оздоровить, и психически и физически; буквально накормить и закрыть первичные элементарные потребности, затем

б) обеспечить лояльность и

в) максимально эффективно реструктуризировать ту часть населения, которая является безусловным балластом (нет, это не эвфемизм газовых камер, все по-доброму).

Так вот, в обществе дискутируется вопрос: нужно ли наказывать «плохое», «нелояльное», «предательское» население Донбасса или нужно все прощать.

Интересно, что, когда я, например, в самом начале гуманитарной катастрофы говорил о безусловной необходимости эффективной гуманитарной помощи (продовольствие), эвакуационных коридоров, системной первичной реабилитации эвакуированных и беженцев, вне зависимости от их взглядов и поведения, «непримиримые» провозглашали, что «на войне как на войне», и нет места жалости, и что те, кто там – все виноваты.

Когда теперь идет речь о необходимости тотальной «фильтрации» находившихся «там», для выявления коллаборационистов и лоялизации, и проведении жесткой операции правовой зачистки и привлечения к уголовной ответственности непосредственных военных преступников и участников террористических банд, другая часть гражданского общества (а может, и та же самая) говорит, о том, что это фашизм, или что это бесполезно, и нужно прощать и жить будущим, и т. п.

Стоп. Это логическая ошибка. Нет никакого противостояния и противоречия между двумя базовыми цивилизационными подходами.

Каждый человек должен получать помощь, быть спасаем, имеет право на достойные условия жизни и удовлетворение элементарных потребностей, унижения недопустимы.

И каждый человек должен нести ответственность за свои действия или бездействие, если они являются неполномочными, вредными, тем более незаконными и преступными.

Если не выполняется первое правило, общество буквально распадается, разлагается, если даже убрать психологические мотивы сочувствия и оставить прагматизм; нельзя допускать аморализм, это убийственно. Кроме того, распадается и государство, право, если граждане через такие примеры видят, что могут быть защищены или не защищены, в зависимости от того, как себя ведут, и что говорят, что они не автоматически имеют право на сервисы государства и помощь общества.

Невыполнение второго правила тоже уничтожает правовую и этическую систему – значит, можно нарушать чужие права, вести себя инфантильно, безответственно, преступно, и ответственность не наступает. Наоборот, как обычно и ведет себя «простой народ», можно прикинуться бедолагой, дурачком и еще получить прощение и какие-либо блага, как пострадавший (погорелец, поджегший дом).

Сейчас, так же, как и в дискуссии о границах свободы слова, в ходу модный мем о том, что каждый ведь человек имеет право на самовыражение.

Конечно, каждый, вообще все действия человека – это самовыражение, только некоторые из них причиняют вред другим людям, несут ущерб или вовсе преступны. И за это следует отвечать. Все просто.

Так вот, в рамках этапа ревитализации каждому находящемуся в зоне гуманитарной катастрофы или эвакуированному из него должна оказываться непосредственная целевая гуманитарная поддержка; выплачиваться пособия, пенсии как гражданину, и т.д. И в то же время, каждый должен отвечать, или хотя бы знать о необходимости и неотвратимости ответственности, тоже как гражданин.

Вот, на мой взгляд, основной действенный механизм прошивки и перепрошивки, воспитания и перевоспитания. Кнут и пряник.

Я убежденный сторонник простых, бихевиоральных методов тренировки лояльности и социализованности. Кнут и пряник. Отчуждение, отлучение, или принятие. Жадность и страх. Это очень здорово воспитывает, без всяких уговоров и «подходов». И экономит время и ресурсы. Дураки не такие дураки, как кажется, и очень быстро вычисляют, кому нужно служить и улыбаться, и чего делать в будущем никогда нельзя, да еще и детям нужно строго заказать.

Методы денацификации Германии были жесткими, простыми и эффективными. В 1946 году капризных и самоуверенных гитлеровцев (а в 1941 году это значительная часть населения) в Германии, настаивающих на своем праве на самовыражение – не было.

Например, безусловно необходимым является демонстративное конвейерное привлечение к уголовной ответственности непосредственной верхушки военных преступников Донбасса, независимо от гражданства, конечно, и заведомых коллаборационистов и подстрекателей сепаратизма.

Это несколько десятков человек, некоторые из них даже беспрепятственно перемещались и участвовали в международных переговорах, в то время как должны были находиться в международном розыске и подлежать задержанию или ликвидации (я об этом писал), кто-то и сейчас еще гусарит на территории Украины и даже рассчитывает войти в состав местных «элит» и администраций, да-да, и пилить деньги на восстановление того, что сами разграбили, нормальный такой перпетуум мобиле. Кто-то бежал, но недалеко.

Есть огромное количество материала для международной команды криминалистов, состав преступления понятный и почти одинаковый, законодательство позволяет не только разыскивать и задерживать, но и заочно выносить приговоры.

Где приговоры? Где посадки? Вот отличная воспитательная мера для «простых людей», недомоторолл и недогиркиных, трансляции из зала суда, разъяснения юристов. Просто, по сути, без агрессии и злорадства.

Этого нет. И не будет, уже понятно. А значит, не будет ничего эффективного позднее. Этот этап не проскочить. Не соврать без последствий. ОК. Ставим пометку на будущее.

Смотрите, в свое время я простодушно удивлялся, как, например, Ринат Ахметов может себя так глупо и самоубийственно вести, ведь он разрушает собственные активы, рушит капитализацию, уничтожает возможности для будущих инвестиций, подводит себя под статьи Уголовного кодекса, тюремное заключение. Мое простодушие концептуально, я просто исходил из того, что государство ответственно, эффективно и… не предательское, не подлое… То, что сегодня условный «Ахметов», судя по всему, уже готовится к приему и распределению денежек в регион, то, что он остался хозяином, паханом, барином для своих крепостных, терпил – это индикатор невозможности никаких мероприятий по воспитанию и перевоспитанию. Тогда давайте читать лекции обо всем хорошем и приучать суровых донбасских мужчин к книжкам и маникюру, раз так.

Это – системное растление, маникюром не поможешь. Государство этой безнаказанностью – растлевает. Продолжает растлевать. Если соглашается из-за бессилия, а не по сговору, это ничего не меняет.

Помимо продолжения растления населения, это еще и невозможность эффективной модернизации региона, бессмысленность, даже вред инвестиций, если они опять достаются преступникам, лоялизированным князькам.

Что касается ответственности самого населения, как части воспитания… Знаете, я уверен, что расследования о причастности к сепаратизму, бандитизму, мародерству необходимы – системные, констатирующие, даже без приговоров и наказаний. Очень спокойные и последовательные. С освещением в СМИ, «утечкой» в прессу. Притом неотвратимые. Возможно, многолетние. Тем более придется выработать новые квалификации для противоправных действий, в условиях, когда гибридные, неявные формы деструкции совершенствуются, должны появиться и новые определения для гибридных форм соучастия и поощрения преступлений.

Что касается непосредственно психологических методик воздействия на настроения и установки… Знаете, я уверен, что просто предложение заполнить небольшую анкету с определенными «ментовскими» вопросами, «где был, что делал», при получении пособия и гуманитарной помощи, и уведомление о том, что эта анкета будет храниться, и что отказ заполнять никаких последствий не влечет, но будет зафиксирован, вызовет очень большую и правильную, просчитанную реакцию, и она будет распространяться волнообразно.

Разнообразные тотальные опросы на «освобожденных» кризисных территориях, содержащие манипулятивные, «связанные» формулировки, например: «Хотели бы вы получить гражданство России и переселиться на российскую территорию?».

Таких приемов много.

Да, мой подход отличается от предложений обращаться с населением Донбасса, о котором мы так много узнали в последнее время, как с разумными людьми, читать им лекции по праву и украинской культуре. Это значит – обманывать себя. Если вы хотите результат – вот вам простые методы.

Замечу, что эти методы, без применения насилия, действуют только в достаточно короткий переходный период, когда население напугано, боится неясного возмездия за неясную вину. Потом шок проходит, кожа снова становится толстой.

Еще пример:

Нанесен ли ущерб украинцам, которые были вынуждены бежать из зоны рукотворной гуманитарной катастрофы, потеряли квартиры, автомобили, рабочие места? Кто компенсирует им затраты на адаптацию и социализацию на новом месте? Нанесен ли ущерб бизнесам? Кто разграбил квартиры, офисы, супермаркеты? Кто?

И если будет инициировано составление реестров утраченного имущества и нанесенного ущерба, и даже самое неявное выявление ответственных за это, то многие «живущие рядом» будут встревожены и произойдет закрепление, что подобное поведение не все всегда безнаказанно.

Есть ли шанс на то, что такая программа (а там может быть еще много приемов) будет реализована? Ну, конечно, нет. Пострадавшие утрутся, многие из них уже и вспоминать не хотят об утраченном, донбасские гопники, принимавшие участие в погромах, опять обнаглеют, и все по кругу, до следующего цикла.

Ну, как говорится, война все спишет. Тем более что такая формулировка является удобной и для кое-кого со стороны Киева, верно? Вот то-то и оно.

Значит, просто ставим пометку. Для следующих кейсов.

Что касается программ переобучения, подготовки рабочих мест… Знаете, если честно, я убежден, что значительная часть населения Донбасса, оставшаяся там, не способна ни к какой полноценной социализации. Значит, гораздо эффективнее было бы все же рассеять его по Украине – добровольно, конечно, выманивая как раз такими проектами с рабочими местами в других регионах, в этом случае есть вероятность ассимилирования, хотя известно, что многие украинцы не верят в возможность этого. Выманить их в Россию, как знаем, не удалось, большинство вернулось, не такие уж они дураки… Или вэлфер… Или еще что-то. В общем, это действительно сложнейшая проблема, на этом этапе надо хотя бы честно ее обозначить – в большинстве случаев население таких маргинализованных территорий само способствует хаотизации, а формы хаоса могут быть разными: ползучая экспансия или местный, не милитаризованный криминал… И постоянно, таким образом, эту хаотизацию воспроизводят. Перевоспитать? Ну, не знаю таких примеров перевоспитания.

Возможно, одним из способов снижения этой проблемы было бы рассеяние автохтонов среди прибывающих из других регионов Украины, если бы на территории Донбасса возникли мощные инвестиционные проекты, условия для растущих бизнесов и т. п. Это создавало бы и рабочие места, настоящие, а не как в большинстве депрессивных регионов, где профессиональных безработных развлекают «чудными названиями» невиданных ремесел.

Такая своеобразная украинизация, в конце концов, это была бы неплохая мораль и урок для тех, кто там врал про эту украинизацию. Тоже воспитание. Как  я написал выше, реиндустриализации Донбасса не произойдет, он станет платформой для инновационных сельскохозяйственных технологий, совершающих экспансию на восток, альтернативной энергетики, и т.п. Рано или поздно, так и будет, уверен, просто на каждом холостом витке увеличивается стоимость ревитализации.

Третье

Про инвестиционный этап. Увы, здесь все совсем просто и также невыполнимо, в среднесрочной перспективе. Любые массированные инвестиции имеют смысл только при наличии комплексного проекта и механизма внешнего управления инвестициями и контроля над ними.

Это правило для любого кризисного объекта. Ни один из прежних директоров и всякого рода «жучков» переходного мутного периода, если они еще не посажены, в любом случае не может иметь никакого доступа к управлению и деньгам. Они отодвинуты. Это обеспечивается, как было сказано, этапом санации, если он правильно проведен.

А он не будет проведен. Смотрите, показательно, что поводом для изменения в Конституции Украины стал не какой-нибудь кейс здорового региона Украины, где действительно стало необходимым внедрение самоуправления, децентрализация, где есть большие самостоятельные проекты, зрелая элита, здоровое гражданское общество, а наоборот, регион, где все перечисленное – симулякр.

Источника самоуправления нет, в силу предельной маргинализованности и отчужденности населения, вместо местных элит –старые и новые бандиты, вместо проекта – мародерство, распил и подготовка к новому распилу. Ведь международные деньги туда рано или поздно закачают, чтобы забить на время черную дыру энтропии.

Для профессионала, по всем признакам это голосование формально правильной новеллы в законе является классической легитимизацией рейдерского акта. Сначала захват куска, посадка на потоки, потом придание этому вида законности. Таким образом, циничное вранье на этом этапе – увертюра к совершенно феерическому аттракциону высасывания западных и украинских денег. Какой будет откат? 50/50? Все, в целом, готово.

Так что нет смысла расписывать уже совершенно теоретическую схему модернизации под ключ, как это сделано, например, в моем материале «Украина. Модель для сборки». Так что этот раздел будет совсем коротким.

Можно ли этому помешать? Можно ли противодействовать этому на данном этапе? Альтернативным проектом? Или хотя бы актом гражданского противостояния?

Нет. Проекта нет. Готовности к созданию таких проектов нет, мы это видим даже на примере угасающего одесского кейса. Гражданское общество… Оно есть… как бы есть… но… сами видите и понимаете.

Есть много неравнодушных и заинтересованных людей. Но субъекта модернизации в целом так и нет. Он не появился. Почему? Не знаю. Что еще было нужно? Не знаю. Возможно ли развитие без субъекта? Ну, да. Оно ведь есть, какое-то. Достаточно ли этого развития для прорыва? Возможен ли результат? Не знаю.

AdventuresofPrinceAchmed_original

 

 

Поделиться:

Понравилась статья? Жми лайк!