Аэропорто-замещение

Сначала были мальчишки в лыжных шлемах и с фанерными щитами на улице Институтской в Киеве.

В них стреляли снайперы – как в тире, знай успевай отстреливать, хватило бы патронов. Им обещали полную безнаказанность – они ее получили.

Это длилось минуты, все они, до последней секунды,  зафиксированы.

Потом был обстрел из «Градов», стоящих в чистом поле вблизи Гуково Ростовской области, из которых русские чудо-богатыри расстреливали украинских пограничников на безопасном для себя расстоянии – зная, что ответного огня не будет.

Это длилось несколько дней, несколько секунд торжества русского оружия сняты на видео.

Потом был Иловайск – выход украинских добровольческих батальонов из окружения по условленному коридору и расстрел из всех видов оружия по команде русских офицеров. Есть такая военная хитрость у героев России – убивать безоружных. И есть такая полководческая доблесть – заваливать врага трупами своих солдат, a la Жуков-победоносец. Но мы сейчас не об этом – военная операция заняла несколько дней и за ее ходом вся Украина следила, не отрываясь, свидетельств достаточно.

Потом была затяжная осада донецкого аэропорта, длившаяся несколько месяцев, — благодаря представителям мировых СМИ, в том числе, эта битва стала апогеем украинско-российской войны, обросла мифами, ее участники – кто при жизни, а кто посмертно – стали легендами.

К защитникам донецкого аэропорта моментально – как только оно появилось, это словечко – приклеилось: киборги. По всему Киеву сейчас висят лайт-боксы Министерства обороны с фотографиями бойцов и их позывными. И рядом с изображением каждого из них так и написано: киборг.

О том, какими усилиями и с применением каких военных хитростей, принятых на вооружение русскими чудо-богатырями, пала донецкая крепость – мы сейчас не будем говорить, у нас другая тема разговора.

Мы говорим не о палачах, не о жертвах. Мы говорим о героях.

Потому что украинской нации, которой десятилетиями прививалось виктимное поведение (куда привычнее жаловаться на валуевский указ и голодомор, чем восхвалять своих героев), именно их недоставало: мальчишек в лыжных шлемах и с фанерными щитами, пограничников в чистом поле, выжигаемом огненной смертью, посланной по соседству, слившихся с бетоном киборгов.

Аэропорт, пусть его и сдали врагу, не стал приметой поражения. Это как боевая ничья.

И Дебальцево – история окружения которого также насчитывает не одну неделю – не воспринимается как проигрыш. Это тоже боевая ничья.

Мы же не называем мальчишек в лыжных шлемах с фанерными щитами проигравшими. Язык не поворачивается называть их жертвами. Герои, одним словом.

Они заняли место гимназистов из-под Крут, брошенных на погибель. Но пришедшие затем бойцы добровольческих батальонов, пограничники, воины Национальной гвардии и солдаты, и офицеры Вооруженных сил Украины, киборги, наконец – они просто стали рядом. Всем нашлось место.

И то, что донецкий аэропорт занимает в новейшей истории Украины уникальное место, не означает, что одни герои превзошли других, как тех, что были до них, так и тех, что появились и вспыхнут еще позже.

Это – молва. Это – современный фольклор. И только.

Но что еще важно: нам предстоят настоящие победы, нам мало боевых ничьих. Да, мы знаем, из спортивного опыта, что любая, самая крупная победа, начинается со счета 1:0.

И не нужно спешить открывать счет. Нужно готовиться к победе по всем фронтам. А для этого важно укрепить тылы. Победа на фронте куется в тылу. Качаем мускулы. Без паники.

mark-of-zorro1

 

 

 

 

 

Поделиться:

Понравилась статья? Жми лайк!